Два года за три дня: как сжимается время и пространство на стыке тьюторства и искусственного интеллекта

После долгого перерыва наша традиционная тьюторская конференция вновь состоялась в очном формате. Точнее, в гибридном: Ярославль принял тех, кто смог приехать, а трансляция объединила всех, кто остался в сети. По моим ощущениям, это очень сложный формат, требующий от организаторов двойной отдачи. Но содержание дискуссий было настолько глубоким, что в определенные моменты становилось совершенно не важно, видишь ли ты выступающего на экране или в двух шагах от себя. Главное – плотность  мысли.
Точка отсчета: фильм «Выготский» и гора смыслов.
Хорошо помню, как первоначальный процесс обсуждения темы «Тьюторство и ИИ» разворачивался на фоне глухого скепсиса моих коллег. Многим казалось, что искусственный интеллект не имеет никакого отношения к антропопрактикам, а нейросеть – это  вызов, на который тьютору не нужно обращать внимание. Сегодня, после конференции, стало очевидно: ИИ не просто влияет на нашу профессию. Мы находимся в ситуации, когда угроза подмены ценностных оснований нашей деятельности вполне осязаема. Конференция состоялась вовремя. Еще шаг, и мы бы безнадежно оторвались от реальности, в которой нейросети уже диктуют ритм нашей повседневной жизни.
Начало конференции случилось для меня таким, как если бы я оказалась на пике высокой горы, рядом с облаками и солнцем. Такое впечатление произвел фильм «Выготский». Талантливый, необычный, неожиданный, завораживающий… Это далеко не все эпитеты, которые возникают при воспоминании об этой картине. Конечно, его хотелось обсуждать дольше, чем позволял регламент. Тот импульс, который был получен от картины, то антропологическое содержание, которое в ней развернулось, стало, на мой взгляд, главным ориентиром всей встречи. Фильм не давал покоя. Его смыслы возвращали нас на всех площадках к сущностному человеческому вопросу: ради чего? Уровень полилога, заданный спикерами, поднял планку обсуждения на заоблачную высоту. Возможно, было бы уместно создать пространство обсуждения фильма в малых группах, хотя бы для того, чтобы зафиксировать вопросы, порожденные увиденным. Мне этого не хватило. Полагаю, что студенты и молодежь, пришедшая на конференцию, могли бы проявить себя больше в таком кулуарном обсуждении. Это стало бы для них точкой доступа в пространство очной конференции, инструментом вовлечения. Они могли бы почувствовать себя не гостями, а полноправными участниками, которых видят, слышат и поддерживают. Вывод: начало сильное, но недокрученное до возможного результата.
Два пленарных трека: от шока к рефлексии.
Пленарных треков было два. По моим ощущениям, первый был сильнее – выступления В.М. Розина и А. А. Комиссарова стали точкой отсчета в формировании представления об ИИ в современном мире. Безусловно, сильной была и дискуссия. Позиция В. М. Розина о том, что ИИ – это неживой субъект, однозначно, была для меня провокативной. В таком направлении я никогда не мыслила. Позиция вызывала бурю эмоций, в основном отрицательных. Но именно эта проявленность заставляла мыслить, искать аргументы против, выходить на свое понимание ИИ и его роли в моей профессиональной деятельности.
Второй трек был иным. Возможно, оттого, что глубоких исследований по поводу ИИ именно в тьюторстве представлено не было. Отсюда – недостаточная провокативность и убедительность позиции докладчиков. Как будто продолжался начатый в первом треке разговор, а не заявлялась новая позиционность. Но это не помешало продолжать размышлять, формулировать вопросы и искать доводы. И каждый раз возврат был к тем идеям, которые проявились в фильме «Выготский». Именно эта стартовая точка была скрепляющей в вопросах использования ИИ в образовании. Разговор о фильме продолжался и на экскурсии. Как будто ниточка Ушинский – Выготский не оборвалась после первого дня, а просто разматывалась из клубка времени, дополняясь новыми узелками на память.
Анатомия секций: лидерство, объем и жанр.
Анализ секционных встреч позволяет сделать несколько важных выводов. Количество секций должно быть избыточным. Но содержание работы каждой должно быть настолько отличным одно от другого, чтобы оснований для самоопределения было не просто много, а они были вескими и убедительными. Руководитель секции – это содержательный лидер, а не просто управляющий. Его позиционность обязательно должна быть представлена и быть внятной. В противном случае не к чему относиться. Особенно, когда набор выступлений является настолько «лохматым», что выделить сущностное и перспективное не представляется возможным.
Секционные выступления – это особый жанр научно-практической конференции. Стоит ли его подменять форматом мастерской? Скорее всего, нет. Количество выступлений должно быть оптимальным. На мой взгляд, это не более пяти. Два часа и пять докладов – возможность не только всех выслушать и обсудить, но и подвести итоги, сформулировать перспективные выводы.
Отдельная тема – рабочий пленум. В гибридном формате это очень трудоемкий (для очников) жанр. Он перестает быть точкой сборки и превращается в точку отчетов. Это снижает эффективность совместного обсуждения.
Тезисы о тьюторе и машине: что нельзя делегировать.
Итоговое содержание работы секций для меня обобщилось в нескольких основных тезисах:
1. Инструментальность. ИИ используется в помогающих профессиях. Предметом использования является его инструментальность.
2. Когнитивный партнер. ИИ может рассматриваться тьютором как партнер. Он подсвечивает слепые зоны, помогает найти нюансы, которые не всегда видны в процессе живого взаимодействия.
3. Субъектность вопросов. Вопросы, которые ИИ может порождать в бесконечном количестве, не являются самоцелью. Важно, кто субъект этих вопросов. Ценно, чтобы вопросы порождал сам тьюторант.
4. Промежуточная супервизия. Тьютор обращается к ИИ в моменты затруднений, используя его как промежуточного супервизора. Именно промежуточного, потому что встреча с реальным мастером на супервизии не может быть заменена актом работы с нейросетью.
5. Границы и ответственность. Вопрос о самостоятельности и ответственности – ключевой. Тьютору важно удерживать свои границы и понимать, какие человеческие характеристики ни при каких обстоятельствах не могут быть отданы ИИ.
6. Телесность. Важное человеческое в работе тьютора – это работа с телесностью. Она не может быть подсвечена ИИ. Это та часть работы, которая всегда останется с человеком. Если тьютор перестает работать с телесностью, он теряет квалификацию и перестает воспринимать субъективность тьюторанта.
7. Работа со смыслами. Это главное отличие профессии тьютора. Возник сущностный вопрос: нужны ли смыслы современной молодежи? Версии разные, но вывод один. Если нет смыслов – тьютор не нужен. Все остальные позиции уже заняты представителями других помогающих профессий.
8. Решение, а не рекомендация. ИИ выдает множество рекомендаций. Рекомендации не равны принятию решения и переходу от размышлений к действию. В этом – огромная ценность работы тьютора-человека.
9. Помощь в работе с ОВЗ. Особая помогающая функция может выполняться ИИ в работе с детьми с ограниченными возможностями здоровья (распознавание речи, поиск интересов).
10. Замедление. Тьютор может и должен быть замедлителем. Его временная рамка широкая – это работа с прошлым, настоящим и будущим. Важно, чтобы во всех этих периодах происходила осмысленность. Она возможна при замедляющих вопросах, которые может порождать тьютор, а не ИИ.
11. Критичность. ИИ не стоит воспринимать как страшилку. К нему и к результатам должно быть критическое отношение. Важным вопросом на повестке дня становится тьюторское мышление. Его становление и развитие может стать проблематикой следующей конференции.

Третий день: проверка тезисов и студенческий манифест.
Сформулированные тезисы второго дня сфокусировали мое внимание на мастерских третьего дня. На них появилась возможность проверить идеи на себе.
Особое впечатление произвела мастерская, где главными действующими лицами были студенты ЯГПУ. Дебаты на тему «ИИ – убийца антропопрактических профессий» стали настоящим открытием взглядов молодых на себя и свои взаимоотношения с нейросетями. Не важно, чья позиция была более аргументирована. Важно, что аргументов было приведено много, а ход размышлений был представлен убедительно. Это впечатлило еще и оттого, что студенты не были участниками конференции в предыдущие два дня. Они нашли аргументы “за и против”, основываясь на своем опыте и своих исследованиях.

На мой взгляд, в третий день было две “вишенки на торте”. Первая — в начале дня, вторая – в завершении. Утром состоялась очная презентация Межрегиональной тьюторской ассоциации (МТА). Она проводилась в  формате  интерактивного взаимодейдействия, позволяющего реальным людям в реальном пространстве знакомиться друг с другом. Этот формат доказал свою целесообразность: он стал местом встречи не только людей друг с другом, но и с тьюторской ассоциацией, с ее ресурсностью. Мне думается, что именно на этой встрече произошло понимание: МТА – это мы, здесь присутствующие люди. Готовые творить, искать, обсуждать, решать, действовать. Вторая “вишенка” – подведение итогов. Помимо множества позитивных откликов были высказаны ценные предложения и заброшены идеи «на подумать».
Эпилог: смыслы, которые не сгенерирует машина.
Трудно представить, что такое количество идей, мыслей и решений случилось всего за три дня. Путь, который проделал каждый из нас за два-три года работы с ИИ, осмысление этого пути, представленное в обсуждении, стал осязаем благодаря совместности. Время и пространство сконцентрировались, сжались и породили новое знание – субъективное, ценное, важное для меня лично.
P. S. Перечитываю текст и всплывает еще один эпизод – посещение студенческого спектакля «Сердце Эдварда». Это для меня тоже часть конференции. Ответ на вопрос: важны ли смыслы для молодежи. Понимаю, что этой молодежи смыслы важны. И это добавляет оптимизма.

Марина Тюмина, председатель Правления, федеральный эксперт МТА